Леонид Федорович Устьянцев. Главы из книги о великом художнике и ювелире.

Ирина Герулайте

                                Посвящается Леониду Федоровичу Устьянцеву

Алый рубин сверкает,

С неба рассветного весть.

Солнечный луч исчезает

И появляется здесь.

«Камень поет!» - говорил он,

И средь зеленых огней

Голос флейтовый бериллов

Слышал в душе своей.

Он говорил, что в блеске

Белых алмазов есть жизнь,

И далеко, в Смоленске

Светлым бриллиантам служил.

Так он хотел, чтоб в камне

Солнечный луч блистал,

И от капели таял

Лунный изгиб серебра.

Память - как вещая книга,

Часто ее он листал.

Дальше других он видел,

Глубже других копал.

Память – волшебное средство,

Яркий чудесный сон,

Там, в лабиринтах детства

Образов рой  был спасен:

Встреча его с аметистом

Сделала все иным -

Он полюбил его чистый,

Тонкий сиреневый дым.

Трели и звоны цитринов

Падали, было светло.

Солнце, свой дом покинув,

В золоте ожило.

Мастер легкой душою

Благословил наш край.

В небе алмазной строкою

Светится каменный рай.

2009, ноябрь

 Ирина Герулайтис

Таинственный огонь самоцветов

«Мы смотрим на камень не как на элемент богатства, роскоши или наживы, а как на элемент красоты, частицу того прекрасного, среди которого легче и лучше жить».

                                                                                 А.Ферсман

     Памяти великого художника

В январе 2010  года Леониду Федоровичу Устьянцеву, художнику-ювелиру, который прославил своим творчеством уральскую землю,  исполнилось бы 80 лет. Два года назад он покинул этот мир, оставив нам свои вдохновенные работы, украшения из камня и металла, которые покорили мир.

Этот человек обладал еще одним великолепным даром - вдохновлять людей, и благодаря своему творческому гению он мог вести за собой. Мне довелось общаться и дружить с этим великим художником, и я прекрасно помню, какую радость дарил он в общении. После визитов к нему в воображении начинали роиться образы, сдвигалось восприятие мира – все становилось радостью, появлялась свобода от известного… Возникала любовь к миру камня. Талант Леонида Федоровича был настолько заразителен, что в воздухе его мастерской, я чувствовала это отчетливо, присутствовал дух исследования, очарование увлеченности мастера делало все вокруг живым, и особенно живыми становились, конечно же, камни в его руках.

Не стало хорошего друга, который был добр и отзывчив. Вместе с ним мы писали книгу о его творческом пути, отрывки из нее помещаются здесь. Только все глаголы теперь в прошедшем времени – сделал, был, открывал, создавал… При жизни Мастера эта книга начиналась, Анастасия Михайловна Устьянцева помогала мне в ее создании, я бы назвала ее лучшим соавтором в моем писательском опыте. А теперь пришло время узнать о нем и другим, кому не довелось иметь счастье общаться с ним. Жизнь была добра к нему – она позволила воплотить свое дарование, и мир  узнал о мастере.  «Камень поет» - говорил Леонид Федорович. И они, самоцветы всегда пели, и поют теперь – в них душа Мастера, она всегда будет с нами, с теми,  кто любит и  помнит его.

Встреча с камнем

 В человеческой душе всегда будет жить любовь к этим каменным цветам вечно юной и прекрасной земли.

И  земля наша испокон веков известна  богатством Уральских гор. Цветной камень Урала знали в России давно, но  славно Хозяйка Каменного пояса спрятала все самоцветы и золото, накрепко закрыв двери  кладовых своих. Не сразу расцвел «каменный цветок Урала» - истоков камнерезного и ювелирного искусства стоял В.Татищев. И по сей день есть в уральском краю уникальные по красоте своей камни, запечатленные великим и вечным художником – Природой. Не только в глубине земли, но и на поверхности нашей прекрасной земли можно найти самоцветы, выращенные за миллионы лет в глубине земли. Редкие по красоте букеты каменных цветов дарит людям  уральская земля.

В один прекрасный день на уральской земле   родился замечательный мастер - звали его Леонид Устьянцев,  навсегда влюбившийся в красоту камня. Волшебство, тихое и величавое сияние  картин природы, разноцветные камушки, простые и таинственные,  самоцветы невиданной красоты – это было его вдохновенье, его любовь. Однажды, и это было одно из самых ярких впечатлений детства, он  встретил охотника,  возвращавшегося из леса. На какой-то миг Лене  показалось, что попал он в другой мир, далекое и неизведанное измерение, так великолепно сияла щетка горного хрусталя в руках этого охотника. Наверное, это чувство сродни легкому ветерку поэзии, который нежданно влетает в душу в детстве и остается радовать всю жизнь после. Мы смотрим на камень – и перед нами вся жизнь, прошлая, настоящая и будущая, в нем видны другие планеты и звезды, сверкающие как сапфиры в  ночном небе...и мечтается что они гораздо совершеннее нас на земле.

  Ситуация, когда человек едва не погиб, но был, к  счастью, спасен, может дать невиданный интерес к жизни, потребность воплощать ее переливы и красоту через свое искусство.

 Когда будущему мастеру было 15 лет, он пережил это потрясение – едва не утонув в ледяной воде мартовской реки Исеть, он был спасен своими товарищами, вместе с  которыми он строил плотину.  В тот день  огромное весеннее солнце сияло ласково и  светло, к чему-то будто призывало, рассказывало.

 С того события прошло более шестидесяти лет, и на свет появилась украшение «Водопад», большой, сияющий внутренним светом кристалл аметиста, выполненный в серебре. Смотреть на него можно часами – оно излучает силу и волшебную красоту. Много и других прекрасных произведений было создано под впечатлением того события, когда жизнь-смерть-жизнь приближались и удалялись. Судьба оказалась щедра к мастеру – она подарила ему вторую жизнь и возможность воплотить талант.

У подножья великой горы. Корни и цветы

Для того чтобы на свет появился, состоялся в жизни  талантливый человек, его предкам приходится хорошо потрудиться. Семья и родственники – это все живые части большого и сильного древа, на котором произрастают чудесные плоды. В каждом из нас есть характерные черты бабушек и дедушек, мы воплощаем в себе уже отшлифованные временем их достоинства и недостатки. Иногда они живут в нас незаметно, но в один прекрасный день кто-нибудь скажет: «Надо же, ты все делаешь как дед!»…

А кто он был, дед или прадед,  и как так получилось, что я теперь умею делать то, что умею? И  какие подводные течения прошли, чтобы вывести меня на этот путь? Задумаешься и станешь изучать историю своей семьи. В России тех, кто ничего не знал о своих предках, неуважительно называли «Иван, не помнящий родства».

Мы же будем рассказывать о человеке, наделенный большим талантом, даром видеть этот мир по-своему, и историю его предков стоит знать – хотя бы для того, чтобы понять, как вырастают такие удивительные люди.

 Уральский ювелир Леонид Федорович Устьянцев хорошо помнит годы своего детства, родителей и дедов-прадедов. Что характерно, все они были видные люди, оставившие хорошую, добрую память потомкам.

Первым мастером на деревне, человек с «золотыми руками» был прадедушка Леонида Федоровича -  Елисей, люди звали его дед Елеса. Мог он сделать и колокольчики для сбруи, и кузнечное дело знал, делал конные упряжки, украшения для них. Главное же то, что был дед Елеса добрым и отзывчивым человеком. Каждый нуждающийся в помощи, мог прийти запросто и попросить; и шли от него люди довольные, кто с чем:  кто с новой подковой для коня, кто с ручной молотилкой. Вспахать огород,  помочь скосить сено – всем помогал он с душой.

 Во время гражданской войны, когда было раскулачивания, дед Елеса, который был настоящим хозяином, то есть середняком – работящим и потому далеко не бедным крестьянином – попал под этот процесс. Однако за него заступились все жители деревни, ведь он был незаменимым человеком, чекисты, слава Богу, его отпустили.

Мастером, работающим с драгоценными камнями и металлами, стал правнук  Елисея Леня, теперь Леонид Федорович.  Так вот «золоторукий» прадед, народный умелец передал свое уменье и способность творить волшебные вещи руками.

В начале прошлого века семья деда Леонида Федоровича из деревни Зотино переехала в село Багаряк, Челябинской области, тогда это был районный центр.

Федор Артемьевич, отец ювелира, закончил школу милиции и был назначен участковым уполномоченным Покровского района, во время гражданской войны ловил диверсантов. Ответственное отношение к труду он передал и Лене, причем еще мальчишкой он прочувствовал, что это значит  быть за старшего в большой семье – на нем лежали обязанности помогать маме, Таисье Егоровне в воспитании брата Юры и сестер Нины и Вали.

 Как районный участковый, отец был обязан ездить в соседние деревни и села, он много работал. Поэтому уже с двенадцати лет Леня выполнял всю мужскую работу: он косил сено, ухаживал за домашней живностью, пока отец разбирался с нарушителями закона.

 «С отцом у нас были дружеские отношения, я относился к нему как к старшему брату». В Великую Отечественную войну Федор Артемьевич получил Орден Красной Звезды, медали «За отвагу» и «За доблесть» и «50 лет вооруженных сил», орден Отечественной войны первой степени. Брат Таисьи Егоровны, Андрей, был партизаном в отряде Медведева в Белоруссии, подрывал мосты с немецкими эшелонами, а женился он на женщине, которая спасла ему жизнь. Когда Андрея искали фашисты, она  спрятала его в своем подполье с картошкой, где ему удалось остаться незамеченным.

Каков же все-таки взгляд на человека у родственников? Он отличается от восприятия друзей и других близких людей. Родня знает того, о чем не догадываются друзья, это взгляд как бы «изнутри». Родство по крови – это вечная печать, с которой все мы идем по жизни. Это права и обязанности, которые довольно специфичны, хотя их и можно сравнить с отношениями между действительно близкими людьми.

Особенным местом стала для подростка кузница – здесь работал кузнец, могучий, с огромной бородищей, цыган. Он обучал Леню кузнечному искусству, так как для работ в полях часто требовались новые запасные части для сенокосилок, Леня  помогал ему в работе. А в один прекрасный день ученик принес кузнецу показать свое самое изящное изделие из металла – вязальный крючок для мамы.

Утки на озере и на холсте

В Свердловске Леонид Устьянцев оказался в 1948 году, приехав учиться, и с тех пор этот город стал для него родным, здесь он учился и обрел славу ювелира, мастера своего дела, здесь взрослели его дети, внуки, подрастают правнуки.

В художественном училище №42, поступив на ювелирное отделение, Леонид много времени отдавал рисованию –  не менее двух часов в день, он рисовал теперь не только акварелью, но уже маслом.  Это были пейзажи, натюрморты, а особенно любил он рисовать по памяти свои родные места, избушку своего друга-охотника, Петра, жившим в селе Троицкое.  К нему Леня часто ездил в детстве. «Перед его домом было озеро, где плавали утки – и они частенько подплывали прямо к нам, сидящим на берегу. Это место дивной красоты, оно было отдушиной в моей памяти, тем уголком, где душой я отдыхал от города и мечтал съездить еще и еще. Охотник тот -  великий шутник, пересмешник был, его замечательные розыгрыши я помню и сейчас. Например, был такой случай. Приехал я к нему вечером, а наутро, очень рано, мы должны были пойти стрелять уток. Но все получилось немного не так. Я проспал, и он тоже, но чтоб выйти из ситуации достойно, он положил пару уток в котелок, поставил его на печку и… утром я проснулся от запаха готовой утятины, обрадовался. На охоту мы не ходили, а  зато уток все равно поели!».

А еще один случай был с несчастным зайцем. «За ним мы с братцем охотились с ружьем, заяц до того испугался происходящего, что со всех ног помчался и ударился головой об дерево, и умер. Мы взяли зайца как, все-таки, какую-никакую добычу - чтоб не стыдно перед отцом было, засунули в мешок и понесли домой. Отец был удивлен: как так, на зверьке ни одной пули, а на голове синяк. Славно поохотились, да и зайца до смерти напугали…».

Красота Москвы, величие Питера

  Для Леонида Федоровича как творческой личности поездки в Москву и Питер  были большими событиями, давшими новые мысли и вдохновение.

На втором курсе, в 1949 году Леонид, как лучший ученик, вместе со своими  отличившимися в учебе товарищами – камнерезами, столярами-краснодеревщиками, огранщиками камней и ювелирами,  отправился в Москву и Ленинград. По программе поездки учащимся нужно было посетить выставки, художественные галереи, известные столичные музеи.

  Москва стала для художника городом вдохновляющим, вдыхающим новые идеи. Глядя на прекрасный, сверкающий ночной город, освещенную цветными огнями Москву-реку, Леонид понял, что же напоминает ему эта картина. Переливающиеся драгоценные камни Урала предстали перед ним тогда, вот где искры рубинов, разливающиеся грани алмазов, темная песнь сапфиров – на ночных улицах столицы. Тогда у художника возникала идея броши «Ночная Москва» -  до того удивительным показался ему ночной город».

Поиск тем для творчества в столице прост, если обладать воображением и чувством прекрасного, они здесь на каждом шагу: иди и бери, преломляй в воображении цветные купола, золотистые маковки, которые как будто только этого и ждут.

В этом городе, где еще совсем молодой ювелир оказался впервые, было все, что нужно художнику, а для первого раза впечатлений оказалось так много, что они едва умещались в голове.

 «В Москве, величественном городе повсюду было ощущение русского духа: церкви, форма которых очень нравилась художнику, Третьяковская галерея, архитектура города, старинные кирпичные кладки домов. Столица с первого раза, как я увидел ее, стала местом добрым, полным красоты и достоинства, и ни разу я не был разочарован».

Гуляя по двору Кремля, посещая залы Оружейной палаты, разглядывая разрушенные, только начинавшие восстанавливаться соборы, Леонид начинал всем сердцем понимать, что такое Россия, он с головой уходил в ее историю, бедственные и победные периоды. Потом, спустя некоторое время, он будет доставать эти впечатления, чтобы они обрели ювелирную форму. Из зрительных и душевных картин, из кладовых памяти возникнут новые образы и воплотятся в кольца, броши и гривны, колье и браслеты.

     В Питере, именуемом тогда Ленинградом, куда тоже попал Леонид в годы учебы, полным ходом шла реставрация памятников после войны. Этим делом занимались выпускники Ленинградского ремесленного училища – восстанавливали лепку на зданиях. Все ангелы и прекрасные статуи нужно было привести в прежний вид. Уральские студенты поселились в общежитие, к своим питерским коллегам, пока те отдыхали на каникулах. 

«В этом городе я увидел, наконец-то, все то, что мы рисовали в училище – например, излюбленные барочные листочки все были тут как тут. Идешь по городу – и они на тебя глядят. Еще я  впервые увидел здесь слияние мировых культур. Петергоф мне понравился, и, конечно, Русский музей. Там я полюбил творчество великих русских художников Айвазовского, Куинджи, и многих других мастеров. Перед каждой картиной мог стоять часами»,

  В 1951 году Леонид начал работать на Свердловской ювелирной фабрике ювелиром-монтировщиком, где занимался изготовлением изделий массового производства: «Дл меня это был непростой период, когда приходилось делать не то, что подсказывает художественное чутье,  время работы на конвейер. Видимо, это испытание было зачем-то нужно».

В 1959 году фабрике потребовался мастер-исполнитель, художник. Тогда Леонид Устьянцев, впервые в России, освоил работу с поделочным камнем. В стране начался период повышения культуры быта, в Москве проходило множество выставок, посвященных этой теме. К тому же послевоенная мода обретала собственные черты: советским людям хотелось жить лучше, повысился интерес к моде. В шестидесятые годы начинают меняться взгляды на декоративно-прикладное  искусство. Оно наконец-то занимает собственную нишу и в советском обществе оно обретает самостоятельную художественную ценность, его признают как силу, влияющую на сознание, что, в общем-то, в странах Европы было давно известно. Теперь очередь дошла и до советской реальности. На одной из первых выставок в Москве под названием «Искусство – в быт», прошедшей в 1961 году, было представлено огромное количество изделий из керамики, металла, цветного стекла и конечно, ювелирные украшения.

В 60-е годы на Свердловском ювелирном заводе шел процесс разработки новых моделей украшений. В 1963 году была создана специальная творческая группа – художники, граверы-инструментальщики технологи. Для этих людей главной стала задача найти новую концепцию предприятия, устойчивые рынки сбыта ювелирных изделий.

Расцвет творчества мастера Устьянцева пришлось на этот период, благодатный для поисков  и продвижению новых, смелых идей.         Вообще, к вопросу рождения формы и идеи ювелирного изделия художник подходит своеобразно, в творческих поисках Леониду Федоровичу всегда помогали произведения Павла Бажова. Книга «Малахитовая шкатулка» дала мастеру множество подсказок для воплощения его художественной мысли. Талант ювелира состоит именно в том, чтобы найти в камне нужный рисунок и окраску, сделать срез и огранку. Это большое искусство – найти такую грань, чтобы камень ожил, заискрился, «запел». «Один раз я так и сказал одному другу – ювелиру: послушай, ведь камень поет, выпевает то, что внутри земли», - такие взаимоотношение у художника с материалом для его произведений, с самоцветным камнем. Начался поиск совершенно новых форм, так как украшения из серебра в сочетании с яшмой, родонитом, горным хрусталем, аметистом, агатом требовали особого профессионального подхода. «Поначалу люди в магазинах были удивлены, если не обескуражены: они видели крупные изделия, довольно массивные и с ярким рисунком. Этот рисунок, как правило, был в самом камне, и мне надо было только придать форму и сделать оправу».

В 1961 году кольцо «Урал» (серебро-яшма) получило высшую награду Гран-При на Всемирной  выставке в Париже. Это было событие большой важности для страны в то время – теперь уральские камни могли представлять СССР на международном уровне.

С легкой руки Леонида Устьянцева в стране пошла мода на красивые изделия из уральских поделочных камней. В Екатеринбургском Доме моделей в те годы проходили показы мод с демонстрацией ювелирных украшений из поделочного камня. Как выяснилось, броши, подвески или серьги, можно было весьма изящно сочетать с деловым костюмом или вечерним платьем.

 Алмазные линии Смоленска

Алмазная строка в жизни художника дала неожиданный поворот его мечте.  Интересная получилась история, как  перелив призмы, в котором сплелись и сияют прошлое и будущее: Кремль, который восхитил молодого студента, и Кремль, где теперь хранится гордость страны – его бриллиантовые украшения.

Смоленская эпопея началась для мастера в те годы, когда в Якутии открыли месторождение алмазов. Как лучшего  художника- ювелира Свердловского ювелирного завода  его направили в Смоленск, где была бриллиантовая фабрика по изготовлению изделий из золота и бриллиантов.

 С 1966 по 1968 на Смоленской фабрике побывали специалисты из разных российских городов. Леониду Устьянцеву было доверено создавать образцы изделий с бриллиантами на экспорт.

 Одно из  любимых мастером украшений смоленского периода - комплект «Космос». Здесь, в Смоленске, случилась одна удивительная история, запомнившаяся Леониду Устьянцеву на всю жизнь. Уже после своего полета в Космос, покоривший весь мир своей милой улыбкой и огромным мужеством, Юрий Гагарин приехал в Смоленск и посетил бриллиантовую фабрику. Он искренне восхитился брошью «Космос», сказав всего несколько слов, но они стали дороги мастеру как подарок от великого человека первого в мире космонавта. «Я видел звезды в Космосе, но ваши звездочки горят не хуже», - сказал тогда Юрий Алексеевич, пожал руку уральскому ювелиру и пожелал больших творческих успехов.

Художественная школа

Настоящему художнику всегда нужен хороший учитель, умеющий раскрыть лучшие стороны творческой натуры. Бывает так, что этих людей запоминаешь навсегда, это самые верные огни в жизни, никогда не гаснущие. И в трудный час это пламя поддерживает в нас жизнь, чувство благодарности ведет к другим вершинам и помогает устоять в непогоду.

Художественная школа, в которой учился Леонид Устьянцев, всегда была гордостью Свердловска, а теперь Екатеринбурга. Даже в трудные и глухие советские времена, засилье цензуры, здесь оставалась и поддерживалась атмосфера творчества и свободы, бесценная для будущих художников. И возможным это было благодаря преподавательскому составу, в котором были именно такие люди – талантливые, с пламенем внутри и добрым сердцем.

   С 1956 по 1960 год – период учебы Леонида Устьянцева в вечерней художественной школе имени Хожателева. Юрий Кузьмич Полуэктов, преподаватель графики стал истинным учителем для ювелира. Принцип обучения был таким – если педагог видит, что у студента что-либо не получается, он не ругал, а спокойно дает советы. Павел Петрович Хожателев, педагог по рисунку и тогдашний директор школы, чаще всего предлагал художнику представить, какой бы он хотел видеть свою картину, то есть представить полностью свою работу в голове. Эти бесценные советы всегда помогали художнику в работе. Замечательная дипломная работа «Рыбаки», с которой Леонид Устьянцев заканчивал художественную школу, на которой два парнишки на плоту ловят рыбу – лиричная, с юмором сделанная картина, на ней все живое, все светится и играет – вода, детские фигуры, там есть воздух и радость близости природы.

 Рисовал Леонид Устьянцев много и с охотой – в том же Смоленске, например, было с делано около пятидесяти картин, особенно хорош был натюрморт  «Белые грибы»… Но, к сожаленью, труд ювелира захватывал его полностью, забирая все силы и время: «В один прекрасный день из кармана выпала резинка, потерялся карандаш, и рисовать пейзажи и портреты я забросил надолго. Достигать совершенства в одном деле, ювелирном стало для меня важнее тогда всего».

И распускаются каменные цветы

Путь рождения ювелирного украшения достоин отдельного рассказа, ведь он удивителен и драматичен. От глубокого залегания в земле до выставочных залов, от естества камня до изменения его образа в руках мастера.

Самоцветы, эти таинственные цветы земли влекли человека с давних времен. Мир камня потрясающе велик, словно волшебная книга с увлекательным сюжетом. Познание природы мира камня не имеет предела, они всегда украшают жизнь человека и делают ее праздничной.

Камень – чудо природы и тайны ее. Удивительная красота цветных камней издавна привлекала человека, она породила немало легенд. Одна из них гласит, что звуки земли никуда бесследно не исчезают, они  уходят в землю и превращаются в красочные узорные камни. Урал среди других самоцветных районов мира представляет совершенно уникальное место - по разнообразию и количеству самоцветов.

«С уральскими самоцветами работать крайне интересно, ведь в них заложена красота необычайная. Но отыскать эту красоту непросто! Ее создала сама природа,  я же должен сохранить естественное очарование. Для этого нужно не только умение, но и художественное чутье», - рассказывает мастер.

Может ли хоть кто-нибудь остаться равнодушным при виде сверкающего великолепия самоцвета, обрамленного изящной золотой или серебряной лентой металла… Необыкновенная природа Урала сама порой становится ювелирным произведением. Именно так появились кольцо «Каменный цветок» (серебро, кристалл аметиста – 1966), брошь «Верба» (серебро, халцедоновая щетка – 1970), комплект «Золотой волос» (колье, кольцо, серебро, сердолик  - 1973), гарнитур «Колокольный звон» (колье, кольцо, серьги, серебро, хризопраз - - 1994), кольцо «Лира» (золото, ограненный аметист – 2006).   

 Практически все известные в мире самоцветные камни есть в уральских кладовых щедрой земли.

Как ищут и находят прекрасные подземные цветы, какие месторождения были пройдены мастером Устьянцевым, чтобы потом они ожили в его руках, став поистине удивительными украшениями? Как сказал сам мастер, добывается это каелкой – инструментом для кладоискателей… Вот одна из увлекательных историй, которую поведал художник про свои поиски самоцветов.

«В пятидесятые годы на Маминском руднике «Урал-золото» были шахты, там добывалось золото. Во время каникул занимался поиском камней-самоцветов, и вот однажды наткнулся на глубокое отверстие в земле. Это была яма, заросшая травой, и мне было интересно узнать, что же там… Когда же спустился, я увидел цветы – как есть розы! Словно в оцепенении и долго смотрел и дивился, как могла родиться такая красота, а потом осторожно, чтобы не повредить, вынул цветок – и это было мое счастье. Роза была кальцитовая, как настоящая, сейчас она хранится в моей коллекции. А сколько безвестных созданий природы, мимо которых мы проходим, не замечая их!». 

На Урале еще в 18 веке началась разработка самоцветных месторождений. В 1768 году – тогда и стали открывать богатства «каменного пояса». Уральское население помогало горным специалистам, поскольку все они хорошо знали тайгу, то становились проводниками по неизведанным местам. Поначалу самоцветы брали прямо на поверхности земли, вручную. Так, год за годом открывались самоцветные месторождения.

 Большинство месторождений находились недалеко от Екатеринбурга – это Невьянское, где добывали аметисты, Липовское – там были сапфиры, а под Тагилом находилось месторождение демантоидов Полдневое. 

В нашем рассказе о добывании природных даров, уральских самоцветов мы будем говорить лишь о некоторых работах мастера, так как за свой долгий творческий путь им было создано прекрасных украшений много, и несть им числа.

Начнем с топазов. Плиний старший пишет, что название камня было связано с островом Топазос, находящемся в Красном море. Есть версия, по которой название этого минерала произошло от санскритского  слова tapas – огонь. В конце 18 века топазы начали добывать и обрабатывать на Урале. На Кайгородском месторождении топазов  побывал Леонид Устьянцев.  Торжественная красота топаза проявилась в гарнитуре «Поэма о камне»: колье, браслет, серьги, кольцо – золото, топаз.

В поиске каменных цветов Леонид Устьянцев обошел не одно месторождение. Побывал он на Гумешовском месторождении малахита в Полевском районе. Сам малахит всегда считался типично уральским камнем: здесь он был открыт -  около пяти тысяч лет назад, здесь же впервые начались малахитовые разработки. Прекрасный зеленый камень был найден на Урале в таких количествах, которые до сих пор не победило ни одно месторождение мира. Из малахита художником было создано множество прекрасных  изделий, назовем только некоторые: гарнитур «Огневушка-Поскакушка» (колье, браслет, кольцо, серьги), серебро, малахит, браслет «Полоз», серебро, малахит.

Подобно малахиту, родонит – истинно уральский камень. В 18 веке его называли рубиновым шпатом, есть у родонита еще одно имя – орлец (по преданию, впервые родонит в виде небольших камушков были найдены в гнездах орлов).

  Леонид Федорович побывал на Малоседельниковском месторождении родонита. Одно из украшений из этого камня – браслет «Закат» (серебро, родонит).

Аметист - фиолетовая или бледно-красноватая разновидность кварца. Один взгляд на этот кристалл вселяет в людей возвышенное состояние души. Камень известен с глубокой древности, он является самым ценным в группе кварца. Интересно, что по старинным приметам аметист обладает сверхъестественной силой – он приносит удачу, гарантирует постоянство, защищает от магии и болезней, предохраняет от опьянения:  название камня происходит от греческого слова «аметистос», что означает трезвый. Древние греки считали, что если аметист положить в рот перед возлияниями, то можно пить сколько угодно – и не пьянеть. Уральское месторождение аметиста – копи Ватихи.

 Из этого удивительного камня были создан гарнитур «Анастасия», посвященный любимой жене мастера (колье, кольцо, серьги – золото, аметист). «Возникшие у меня ассоциации с именем Анастасия побудили меня выполнить работу в форме птицы счастья. Если внимательно вглядеться, то в рисунке можно проследить контуры древнего прикладного искусства. Аметист – гордость уральских недр, нашей земли, он отлично сочетается с золотом. Золотые завитки орнамента будто вплетаются в сиреневую окраску камня. Гибкая гривна помогает определить центр украшения. Мой основной принцип – это определить роль камня, все остальное уже рассматривается как аккомпанемент, сопровождение его соло», - рассказывает мастер о создании своего украшения из аметиста. 

Магнитогорское месторождение – родина агатов. Название камня происходит от  имени реки, бегущей со склонов вулкана Этны на острове Сицилия -  Ахатес. В переводе с греческого слово означает «здоровый». Среди агатов особое место занимают моховые – рисунок, напоминающий мох возникает от переплетений различных минералов. Из этого прихотливого камня Леонидом Устьянцевым создана брошь «Ивушка» (мельхиор, моховый агат).

 На Мурзинском месторождении  найдены морион и волосатик с иглами рутила. Из мориона Леонид Устьянцев создал гарнитур «Ночка» (серебро, морион) – колье, браслет и кольцо.

 Также на этом месторождении были найдены цитрины. Искры летнего солнца, теплый свет и волшебные переливы  увидел в цитрине  художник, воплотив эти образы в гарнитуре «Сюрприз» - колье, браслет, серьги, кольцо – серебро, цитрин.

Цитрин – золотистый горный хрусталь получил свое название из-за лимонно-желтого цвета.  Великолепные кристаллы цитринов находят на Урале, а также  в Центральном Казахстане, в Испании и Бразилии. 

Самоцветные камни – одно из замечательных творений природы, их невозможно не любить. У каждого из них есть имя – берилл, топаз, бирюза, коралл, обсидиан, нефрит, лазурит, хризопраз, и если убрать из нашей жизни эти цветные камни, весь мир потускнеет в один момент. Безмерна фантазия природы – нежно-коричневые и золотисто-дымчатые кварцы, переливающиеся многоцветьем радуги граней алмазов, цветная игра благородного опала и лабрадора,  чернее южной ночи морион и гагат. Ни с чем невозможно сравнить рисунки яшмы, сплетающиеся в неровном ритме, свободно как весь  мир природы нашей земли.

О чем говорят выставки

Первое рождение украшения – это когда находится нужный камень, в точности передающий мысль мастера, а иногда и сам рассказывающий что лучше из него сделать. Второе рождение – уже в руках ювелира, когда он начинает обретать новую форму и происходит встреча двух разных природных стихий – камня и металла, будь это благородное серебро, золото или мельхиор. Союз камня и металла может дать редкостный по гармоничности результат. И то, что уже родилось, может радовать взоры людей. А это, то есть уже боевое крещение нового изделия происходит уже на выставках.

 Что есть выставка, если рассмотреть ее как событие, какие эманации она предлагает художнику и зрителю? Это когда тысячи людей проходят в одном зале за месяц или другой срок, и каждый несет в себе увиденное в своей душе, запоминает и восхищается, или критикует и негодует, бывает по-разному.

Выставок у Леонида Устьянцева было великое множество, они проходили и проходят до сих пор в самых разных городах России и Зарубежья. О некоторых выставках мастер отзывается с улыбкой. 

Первая выставка в родном Свердловске прошла в 1980 году, в краеведческом музее, который теперь стал храмом Александра Невского на улице Куйбышева, в Зеленой роще. 28 работ мастера были представлены публике, выставка имела огромный общественный резонанс, теперь талант художника смогли оценить все свердловчане. После этой эпохальной презентации слава художника полетела вперед него, и стали организовываться выставки в разных концах страны и мира. «Прекрасно помню выставку в Дели, в 1993 году. Гостиница наша выходила прямо в океан, его можно было слышать постоянно. Это была феерическая поездка, мне довелось увидеть в этой стране присутствие абсолютной роскоши и такой же безграничной бедноты…танцы и песни возле моря, которые продолжались всю ночь, палатки на берегу океана, где люди веселились и славили своих богов. Для меня это было так же необычно, как и местная еда – она оказалась на редкость насыщена специями, что я, в основном, налегал на хлеб, он был нормального вкуса.

Сама выставка прошла удачно: в большом зале для моих украшений был выделен стол длиною в десять метров, покрытом кусками ткани голубого, синего и белого цветов нужно было разложить украшения, и получилось так, что они расположились по цвету камней, это была хорошая идея, вышло красиво и логично. Хорошо помню послевкусие от этой поездки – краски Индии были пряными, сочными и темпераментными, необычайно контрастная и терпкая страна…»

  В 1995 году Леонид Устьянцев, вместе с мастерами Храмцовым, Васильевым и Стаценко-Кашиной участвовал в выставке в Санкт-Петербургском Манеже. Он ездил туда от Свердловской ювелирной фабрики. «Ожившее искусство страны» - так  называлась выставка, на которой были представлены работы уральских мастеров. «Много было изделий из поделочного камня, ювелиры всей страны демонстрировали свои украшения. Так же керамика, фарфор, кружево, батик – то есть огромный срез прикладного искусства. Интересные темы поднимались на семинарах – например, о развитии ювелирного дела, экономичном использовании природных материалов. С профессиональной точки зрения это было очень полезно», - рассказывает Леонид Федорович.

Еще одна запомнившаяся персональная выставка была в 1985 году в Москве, в выставочном зале на улице Усиевича, 13, когда Леонид Устьянцев представил столице свои труды. Московская публика сразу отметила лирический дар уральского мастера – для Леонида Федоровича характерно поэтическое восприятие природы. Самые легкие перемены в ней, в уральской природе, все неожиданные и причудливые формы и дыхание всегда новых и свежих идей – художник камня ловит это душой и вкладывает в украшения. Воображение посетителей выставки поразил гарнитур «Сюрприз» -  браслет, кольцо, серьги и колье (серебро, цитрин). Сочетание серебра и цитрина в этих украшениях  поистине стало союзом между золотистым светом и возвышенным серебром.

  Многие после посещения выставки размышляли над тем, как достигается такая образность изделий, в чем секрет мастера? Секрет, безусловно, раскрыть невозможно, иначе жить бы стало невыносимо скучно. Но, конечно же, все дело и в даровании мастера,  и тем, что работа над изделием для него – это раскрытие души камня. Он находит нужный камень, рассматривает его спилы, вглядывается в него, и, уже понимая, что он выражает, в чем его суть, начинает делать украшение, то есть придает природе новую форму. Еще один подход в работе, цель которого показать украшение с разных сторон, чтобы оно заиграло – это то, как подвешивается и закрепляется камень в оправе. Когда камень может свободно двигаться, покачиваться, закреплен он не мертво, колье начинает переливаться от солнечных бликов, искриться.  

  Те, кто хоть раз побывали на выставках уральского ювелира, были навсегда покорены его лирическим и солнечным даром. Вот с какой эмоцией писали свои впечатления посетители многочисленных выставок в книгах отзывов. Такая искренняя реакция могла быть вызвана истинными шедеврами, здесь пишут и дети, и взрослые, геологи, музыканты и просто люди, которых захватило искусство удивительных  каменных соцветий, в которые вдохнул жизнь Леонид Устьянцев.

Февраль. Москва, персональная выставка 1985 год

- Уважаемый Леонид Федорович!

Мы с большим удовольствием просмотрели Ваши художественные изделия, выполненные с любовью, высоким мастерством ювелирного искусства. Мы Вас сердечно поздравляем с открытием персональной выставки! Нам кажется, что во всех изделиях вложена Ваша душа, раскрыт мир камня, его неповторимая красота, которую может увидеть заранее только большой художник. На вашей выставке можно увидеть веяние нового и будущего ювелирного искусства. Ну а для женщин Ваши украшения – это радость и незабываемые воспоминания. Большое спасибо за предоставленное удовольствие просмотреть Ваши работы. Надеемся, что еще не раз Вы будете демонстрировать свои изделия. Мы будем рады встречать Вас. Желаем Вам дальнейших творческих успехов в Вашей прекрасной и неповторимой деятельности.

- Я просто потрясен огромным художественным вкусом, полетом Вашей фантазии, тонким чувством камня, гармонией оправы и души камня. Это поэзия, воплощенная в вечном материале, на котором будут учиться многие последующие поколения. Поздравляю Вас. Поражает также Ваше огромное трудолюбие.

Пишут геологи:

Желаем жить Вам 200 лет для пользы человечества. Вы своими изделиями очаровываете души людей. Доброго Вам здоровья.

-Дорогой Леонид Федорович!

Волшебная Муза Урала вдохновила Вас на прекрасные произведения искусства! Одухотворенный камень и поющий металл дают неиссякаемый источник радости жизни и красоты. Спасибо вам за мастерство и талант. Счастья, успехов и благополучия от души желаю Вам. Выставка прекрасна, и каждое изделие живет своей неповторимой жизнью!

Отзывы школьников

 -  Прекрасно! Очень жаль, что выставка далеко и маленькая. Катя, 3 «Б»

-Уважаемый Леонид Федорович!!!

 - Красиво украшены все залы, но особенно хорошо выглядит второй от начала зал, где понравился кулон «Волосы Венеры» вашей работы. С благодарностью вспоминаю я Вас! Ученик 4 класса «Б» школы 69.

Персональная выставка Свердловск, Малышева, 46. 1990 год.

 - Нашему восторгу о Вашей выставке нет предела. Это шедевр русского ювелирного искусства. Наверное, редко кому посчастливится такое увидеть, Ваши золотые руки могут такое творить. Так пусть же эта красота сияет и приносит радость людям. Здоровья Вам и энергии еще на долгие, долгие годы, счастья Вам, благополучия.

- Дорогой Леонид Федорович!

 Большое Вам спасибо за волшебный праздник, который дарит нам Ваш восхитительный талант! На Вашей выставке в Москве в 1985 году казалось, что созданное Вами превзойти невозможно. Но сегодняшняя выставка говорит о том, что Ваше искусство и мастерство как чудесный живой родник питает и освежает души всех, кто видит это чудо, чудо труда вдохновения и творчества.

Одной из последних в череде мировых «турне» ювелирных украшений мастера стала выставка в Москве, она прошла в июле 2007 года в Доме правительства. Члены Правительства были очарованы изделиями Леонида Федоровича, причем выставку продлили еще на месяц по просьбе членов Правительства России.

Изделия, вышедшие из рук художника легко можно отличить среди других, для него ювелирное дело стало призванием, у него сложился свой собственный стиль, своеобразный почерк художника. Творческий поиск художника всегда шел в самых различных направлениях: он ищет выразительную композицию, интересную цветовую гамму, современную форму изделия. Ювелирное произведение, предназначенное не только для музейных витрин, но и для женщин – красивое колье, браслет, серьги, кольцо, выполненные изящно, дарят женщинам большую радость. 

В августе этого же года Леонида Федоровича ожидала еще одна награда – он получил  «Знак почета за заслуги перед Екатеринбургом». Его вручил  художнику мэр города Аркадий Чернецкий, накануне празднования Дня города. У мастера был особый торжественный пиджак, на котором сияли все его регалии, теперь там  есть еще один знак – можно назвать его знаком отличия творческого человека, знающего толк в кропотливой работе, и смело срывающего с небес звезды, которые потом открываются и нам, смотрящим на красоту его чудесных, радующих сердце украшений.

                    О династии мастеров Устьянцевых

  Леонид Федорович Устьянцев – талантливый учитель, у которого много учеников: Г.Ленцов, А.Соловьев, С.Пинчук, А.Беляйкин, В.Малявин, В.Гребенщиков, В.Соболев и другие. Многие из них  теперь являются членами Екатеринбургской организации Союза художников России.  

Главные же его ученики – это внуки. В Екатеринбурге, благодаря таланту Леонида Устьянцева как мастера своего дела и педагога есть единственная в своем роде династия, продолжатели его дела Александр и Иван -  одаренные и интересные уральские художники, оба успешно закончили Архитектурно-художественную академию. Их творения уже не первый год участвуют в международных выставках, продаются в екатеринбургских ювелирных магазинах, представлены в российских и зарубежных каталогах и журналах,  посвященных  ювелирному делу.

Их судьба будущих мастеров определилась еще в детстве – с четырех лет они с большим интересом наблюдали за работой своего деда в мастерской. После окончания художественного училища, внуки Леонида Федоровича вплотную занялись творчеством. «Сейчас они многое пробуют, всю жизнь будут пробовать. Так надо. Я хочу, чтобы они стали художниками, чтобы получили эту заразу – творить. А потом уже можно будет думать о том, как деньги зарабатывать, только потом» - сказал в свое время Леонид Устьянцев в интервью газете «Подробности».

И действительно, чтобы ремесло стало искусством, чтобы в каждом сотворенном из камня украшении была жизнь, творческий огонь, нужен не только талант, но и хороший учитель. Этот человек  направит мысль в нужное русло, он откроет грани дарования, чтобы они засияли во всей красе. Зарабатывать деньги – не такая уж хитрая наука, важнее сделать то, для чего тебя создали, и воплотить свои таланты достойно и ярко. Таким учителем, умеющим подсказать в нужное время молодому человеку идею, или вовлечь в фантазийный мир самоцветного камня,  всегда был Леонид Устьянцев.

Художник, обладающий трогательной любовью к уральскому камню, Леонид Федорович всегда находился в постоянном творческом поиске. В 2000-е годы появились на свет его новые работы: колье «Солнце» (золото, топаз), колье «Родной мотив» (серебро, малахит), колье «Родные просторы» (золото, топаз, перламутр)., в которых есть богатство опыта, и свежий взгляд человека, умеющего смотреть на камень и природу с вечным восхищением и удивлением перед ее роскошью и красотой.

    Память – она одна продлевает жизнь людей, которых нам не хочется терять. Леонид Федорович брал из своей бездонной и цепкой памяти, как из кладовой даров, сюжеты для своих ювелирных произведений.  И мы теперь можем сделать только одно – помнить о том, какой великой души был этот человек. Он стоял у истоков новых направлений в развитии ювелирного искусства большой советской державы, был основателем Музея ювелирного и камнерезного искусства, в фойе которого помещен его портрет. И если музею однажды присвоят имя Леонида Устьянцева, то это и будет наш поклон, еще одно выражение признательности великому художнику. Мастер ушел, погасла высокая светлая звезда… Но свет ее продолжает идти, как алмазные лучи, не угасая, продолжая освещать наш путь.