Цикл эссе "Вещи и Вещества". Чай с Корвином

                  Ирина Герулайте

Из цикла «ВЕЩИ И ВЕЩЕСТВА»

Чай. Эссе I. Чайная вечеринка с Корвиным, Принцем Амбера

 

Чай...

О да, я его люблю! Он янтарный и наполнен жизнью. Конечно, чай насыщен таинственной силой, особенно если он дружеский. Есть что-то постоянное, укрепляющее веру в жизнь, в любви к этому напитку. Мне очень нравится картина Бориса Кустодиева, где красивая, явно здоровая телом молодая купчиха, вкушает из блюдца явно очень вкусный напиток - тот самый чай! Особенно это актуально было в начале 20 века, когда миры рушились. Но у художника была своя линия, эта линия зовется «любовь к жизни». Дружеский же чай напитывает душу и утешает, а если надо - веселит. Какой все же он удивительный – этот наш чай, эти чаепития.

Много историй с чаем про взгляды, про обмен всем, чем мы живем. И, наверное, чай это сродни психотерапии. Даже когда я работала над интервью с Александром Геннадьевичем Данилиным, там, в его офисе был атмосферный и приятный зеленый чай. Запомнился, потому что и беседа, и чай давали уникальное состояние понимания. Даже не скажу чего, но в принципе понимания.

Однажды я пила чай с Корвиным. Корвин – герой романа «Хроники Амбера» Роджера Желязны. Он вообще-то на стороне Амбера, и против Хаоса. Путь его сложен, пожалуй, даже экстремально сложен. На то он и Принц Амбера. То есть, я всегда догадывалась,  что он был не совсем человеком, мой товарищ,  но, как бы это сказать, существом из параллельной реальности. Как это происходило? А вот так: я заглянула к волшебному человеку, герою во всех смыслах, в гости. Там было всегда хорошо, и это самый центр города.

 Наливая чай, который на этой кухне был особенно вкусный, с оттенком глубинной философии. Хотя я позже понимала, что это было погружение в миры мысли и души. Мы говорили тогда про переводы. С английского на русский, в чем он был силен, а  я как раз не очень. У него в доме были серо-бежевые, на редкость элегантные полосатые шторы, красивые зеленые яблоки на кухонном столе и большие английские часы. Они звонили. Была его очаровательная супруга, очень красивая и тонкая леди. И он, философ и переводчик, был для меня совершенно как Корвин, порождение фантазии моего любимого писателя. Конечно, нечто очень английское, изысканное, было в облике его дома.

Итак, мы сидели у него на кухне. И, конечно, был чай! Китайский изысканный, совершенно незнакомый мне напиток. Он как дуновение души, как ветер других широт, далеких краев. А название у него было витиеватое: «Цветок мудрости, расцветающий в полдень». Или еще был другой, «Крутящая свой хвост обезьяна», или еще – «Зоркий глаз улетающего дракона». Это же поэзия, в чистом виде. Да, и речь шла о переводе одной известной песни, где героиня вспоминает, как ее бойфрэнд с азартом крал, вот честное слово, из гостиницы полотенца. Корвин предлагал мне спеть это место, мол, ты у нас певица. " А ведь когда-то, негодяй, ты даже крал полотенца в номере, где мы с тобой встретились!"...

 Тогда я с удовольствием вспомнила монолог Михаила Задорнова, в котором говорил, что русские крадут полотенца чисто из спортивного интереса. И вот Корвину нужно было изящно изложить на русском языке, эту историю любви и похищения полотенец. Вокальная партия с такими словами отдавала историей Бонни и Клайда. Потом, кстати, Корвин пропел это сам. Вышло славно. Да, а чай был великолепный! Могучий аромат этого напитка напитал мою душу надолго. Потому что это было чаепитие с Корвиным. То ли человеком, то ли Богом. До сих пор эта тайна мне неясна. На то она и тайна - янтарная, чайная.