"ЛЮДИ ВЫСОКОЙ НОТЫ" - проект И.Герулайте о личностях Екатеринбурга. Елена Валентиновна Карташова, педагог специального фортепиано.

Ирина Герулайте

Елена Карташова и ее «бриллиантовый» стиль

Каждый год в апреле  в музыкальном училище имени П.Чайковского традиционно проходит концерт педагогов фортепианного отделения. Елена Карташова, один из известных педагогов училища, исполняет произведения Шопена, и всегда сильно впечатляет, как у нее звучит рояль – инструмент поет и переливается всеми красками, вальсы заполняют зал Маклецкого радугой тончайшего стекла, филигранная техника пианистки всегда служит высокой цели - выражению мысли композитора.

Елена Валентиновна Карташова – преподаватель фортепиано в музыкальном училище имени Чайковского. Это сложная профессия, учить юных, иногда с трудными характерами  студентов,  играть сложнейшие произведения классического репертуара.

Но когда общаешься с ней, то понимаешь, что у этого человека есть талант, и он делает самые сложные вещи простыми и  одновременно высокими, одухотворенными.  В случае обучения музыканта, есть одна неизменное правило: между учителем и учеником  устанавливается связь, которая сродни родительской, только на уровне души и духа. И когда я узнала, как педагог Елены Карташовой - Исаак Зетель - вел своих студентов, мне стала понятней эта традиция – передачи мастерства и обучения, причем не только искусству фортепианной игры, но и подходу к самой жизни. Учитель передавал своим студентам великолепную широту кругозора, большие горизонты музыкального мышления и глубину постижения исполняемой музыки.

 

Вот как говорит о нем Елена Валентиновна: «Это был очень яркий человек, из плеяды «блестящих» педагогов и музыкантов. Учился он у Генриха Нейгауза, личность которого широко известна во всем мире. На уроке он мог в нескольких словах, в ярком образе представить произведение так, что студент сразу начинал понимать задачу. И не нужно было досконально учить каждую строчку в произведении, вымучивать по нотке. Этот  педагогический подход  уникален в своем роде, потому что давал необычайную глубину музыкантского мышления. Эрудированность, юмор, виртуозность в игре, вовлечение всех нас в масштабную музыкальную деятельность были свойственны Зетелю. Один из немногих исполнителей в стране, он решился выучить  и исполнить все 32 сонаты Бетховена!  Позже, будучи уже в эмиграции, он вел цикл передач о творчестве Бетховена на немецком радио.

Наш педагог постоянно образовывал нас, водя на интересные концерты, выезжая с нами на гастроли в другие города, учил держаться с достоинством, приучал к сцене. Он вводил нас в культурный мир того времени, чтобы мы узнавали музыку  разных жанров, больше чувствовали ее и больше знали и любили. Конечно, мы все были без ума от него и свое дело любили беззаветно».

Насколько велико было влияние Исаака Зетеля на своих учеников, можно судить по такому эпизоду. «Он давал нам задание выучить всю программу наизусть за лето. И конечно, заниматься иногда было лень. Но однажды, когда было особенно трудно себя заставить сесть к фортепиано – лето, жара, друзья отдыхают, а ты прикован к инструменту, - я увидела его во сне. Всю лень как рукой сняло, в тот же день я села за рояль и уже не давала лени власти над собой».

По поводу самостоятельных занятий в годы учебы у Елены Валентиновны есть одна история, из которой мы можем понять силу таланта, который вел ее с детских лет.

 «Моя семья жила в Новоуральске, и в  свердловском училище мне приходилось заниматься по ночам, так как днем все классы были заняты. Выглядело это так. В каморке, которая была в старом здании, жила пожилая женщина тетя Аня, которая мыла полы в классах.  Ночью я брала у нее ключи и шла в класс заниматься на рояле. Другого выхода  тогда не было.  На одном из уроков я была вялая и сонная, так как ночь провела в занятиях. Зетель это заметил, задал мне вопрос, почему я в таком состоянии,  и в итоге помог решить  проблему занятий.  Он всегда был готов помочь нам, особенно если речь шла о нашем музыкальном благополучии».

«В исполнении должна ощущаться живая кровь» - эти слова  Станислава Нейгауза могут служить одним из принципов преподавания Елены Валентиновны. Она считает, что любая техника должна служить выражению мыслей и чувства исполняемого композитора. В ее классе можно услышать истории создания произведения, стихи, можно вдохновиться, и любой урок похож на маленький спектакль. «Даже технические зачеты, которые пианисты постоянно сдают, я пробую представить в связи с художественным образом, чтобы вызвать интерес и увлеченность музыкой.  Но все-таки в училище мы даем определенные правила игры, туда в первую очередь входит интонирование, каждая нота должна быть осмысленной, «пропетой».  А уж потом студент может сыграть так, как он чувствует -  с соблюдением правил. Они создают каркас игры на инструменте, без них все будет безвкусицей».

На вопрос о том,  что же представляют теперь студенты фортепианного отделения, Елена Валентиновна ответила, что они очень разные. Есть одаренные, есть и те, кто не любит и не умеет работать:  «Существует стереотип, что вся молодежь заражена «клиповым» мышлением, и что «благодаря» интернету, она сильно отличается от старшего поколения. Но это не так. Кто растет в хорошей семье, получая от семьи поддержку, тот и учится хорошо, и развивается гармонично - как личность и как музыкант. На мой взгляд, очень важно дать студенту тот материал, который  близок его душе, тогда его дарования раскроется в полной мере»

Гармонично развитый человек отбрасывает сноп лучей света, и мы, купаясь в этих лучах, испытываем ощущение счастья. В жизни у нашей героини была незабываемая встреча с великим пианистом Генрихом Нейгаузом. В 1961 году Исаак Зетель пригласил мэтра московской консерватории в Свердловск, он давал мастер-классы в училище имени. Большой зал (теперь он называется зал Маклецкого) был переполнен публикой, и Нейгауз слушал юную ученицу Зетеля. «От этого человека веяло высочайшей культурой и образованностью. Большим масштабом личности. Это ощущение незабываемой встречи с летящей мыслью, очень выразительным жестом и острым умом».

На мой вопрос, какие композиторы саме любимые,  Елена Валентиновна ответила, что больше всего ей близок Шопен, Прокофьев, Моцарт. На вопрос, чем так близок Моцарт, она ответила цитатой: «Моцарт погружает слушателей в голубые бездны своей души». И  привела также высказывание Иосифа Бродского о композиторе: «У Моцарта надрыва нет, потому что он выше надрыва».  Кто поспорит с этим? И конечно, в том, что Фридерик Шопен, летящий, парящий над землей  его романтизм, его человечность и глубина родственен душе и рукам педагога, мы увидели на концерте в зале Маклецкого.

Живопись и поэзия  - эти виды искусства также близки нашей героине: она прекрасно рисует, многие ее работы, такие как например, пасхальные яйца, были представлены на выставках в родном училище. Стихи же Елены Валентиновны наполнены размышлениями, и в них словно светится ее душа, ее тонкий ум и доброе сердце.

Елена Карташова

Нет, в этом мире найден островок

Печали светлой, радости негромкой,

Но внутренней.. в душе..чтоб каждый смог

Свою единственную жизнь не скомкать.

А время колокольное течет,

Как тихий вечер, как ручей неспешный,

И знаки жизни через образ вешний

Представлены живым наперечет:

Вот слез небесных и бесцветных чистота,

Вот неба глубина и беспредельность,

И ветра голубого беспредельность,

И радость предпасхального поста.

Ты знаешь, средь решеток и оград

Горит огнем путь золотопесочный,

И нас ведет из жизни краткосрочной

По тонким ниточкам души в Небесный град.

Так радостную весть воспринял Ной,

Так брызжет солнце золотом сусальным,

Так всепрощающе и так пасхально

Горит небесный свет над головой.