Рашид Кадыров. Миры. Человек - эпоха

Ирина Герулайте

Женя Кадыров. Миры

Глава первая

1 июля 2018  исполнилось полгода, как ушел в другие миры выдающийся человек – Рашид Марсельевич Кадыров.  Я знала его как очень хорошего друга, умнейшего и интереснейшего человека  с добрым и искренним сердцем. Первопроходец в движении экстрасенсов, каратэ, айкидо, целительства, он делал то, что и не снилось ребятам в шоу «Битва экстрасенсов», да простят мне это сравнение.

В книге «Хроники российской саньясы» я читала про тех, кто начинал в нашей стране исследования в экстрасенсорике. Это были мужественные и достойные люди, которые шли по нетореным тропам, сродни альпинистам или путешественникам по новым землям. Рашид Кадыров как раз был из этой изумительной когорты, великолепный ученый, который занимался не только так называемой физикой, физической формой человека, а тем, что называют «над» физикой, то есть тем, что формирует нас еще до проявления в физическом мире.

Однажды мне стало ясно, что мой священный долг рассказать об этом уникальном человеке, который помог очень многим найти себя, стать лучше, найти себя и узнать новые способы работы с реальностью.

Это первая глава эссе,  в ней будут проявлены те срезы, которые высветились в гранях алмаза в периоды  нашего общения. Женя - это имя Рашид Марсельевич в свое время взял (так сложилось)  в честь своей бабушки, которую звали Евгения. Она очень любила внука, и он всегда помнил ее.

Мы много говорили и смеялись, в его маленькой комнате. В доме, что находится рядом с геологическим музеем. Пили чай или цикорий с овсяным печеньем, или я притаскивала пирожков, а он любил с рыбой, и все, что мы пили, любой напиток, был поразительно вкусен. И  всегда встречи проходили очень по-доброму, светло.

Теперь, когда я прохожу рядом с его домом, то ловлю себя на том, что слышу его смех, вижу его улыбку. Улыбку сильного человека. Стараясь не путаться в слезах, я все же очень тоскую, но его сильные и полные мужества слова, приносящие мир в душу, его помощь в сложных ситуациях – все это словно из воздуха тихо подсказывает: «Не жалей, не плачь». И я пробую. Хотя это очень трудно.  Но безграничные миры Жени, с которыми он был всегда в большой связи, в которых он пребывал, находясь на своем пути исследователя, - они настолько огромны, бесконечны, в них так много разных идей, что это придает сил. Есть ощущение, что все его миры продолжаются, жизнь его движется, но только по-другому. Словно он действительно спокойно идет рядом и его дух неизменно крепок.

Рашид Марсельевич Кадыров – человек выдающийся. И я всегда это понимала, а теперь я чувствую, что надо, необходимо рассказать о встречах с ним, потому что каждая из них была уникальна. Начну и буду раскручивать спираль, которая как Лабиринт, вела в его миры, погружая в его бесконечно прекрасную душу.

Я вспоминаю песню, которую однажды написала моя студентка. «Ты видишь то, что другим неподвластно, ты слышишь все, даже скрытое тайной. Ты уникален, и в этом призванье – чтоб сделать жизнь каждого неслучайной». Когда я помогала ей придумывать музыку, когда мы исполняли ее в концертах, перед моими глазами всегда был он, Женя. Эти слова очень подходят ему.

В первые дни после его ухода мне пришел в голову текст, и в итоге получилась песня «Реквием или Воинский рай», он был человек слова и мужество, глубина и ответственность – свойства его души. Песня вырвалась из души мгновенно, надеюсь, что скоро ее смогут ее услышать все…

Мы никогда не ссорились. Просто я всегда чувствовала, насколько он в принципе умнее, проницательнее, глубже, поэтому просто слушала и иногда веселила его забавными историями, которых у меня в рукавах припасено немало.  И очень хорошо, что он делал вывод из них, когда это было нужно, потом задавал вопросы, и в итоге я делала вывод, который оставался в моей душе и зачастую давал потом интересные плоды… Эта часть повести будет посвящена тому, что переполняло меня после того, как он ушел в мир иной, тому, что сразу появилось, словно на фотопленке, просясь в повествование. И я уверена, что это неспроста.

Он показывал, как работают миры. И я почему-то понимала. В день его проводов Женя снова, уже из другого мира, показал мне один мир, который я, к счастью, давно не посещала и, надеюсь, что еще не скоро там окажусь. Найти место, где с ним прощались друзья и родственники мне удалось не сразу. Потому что первым делом я попала как раз в тот самый страшный и горький мир, который помаячил мне из далекого прошлого.

Это была стоянка машин, длинная, на холме над трассой. И там бегало множество собак, бездомные псы, которые паслись там и охраняли эту стоянку, так сказать, по доброй воле за хлеб и мясо. В общем, я подошла к этой стоянке, думая, что где-то рядом зал прощанья. Эти псы начали истошно лаять, потому что я, собственно, была тут не хозяйкой, а нежданной гостьей. Жутью  повеяло от этих мест. Сказав пару бранных слов (тут Женя бы меня понял, он всегда смеялся, когда изредка при нем, не сумев подобрать эквивалент своему состоянию, крепко выражалась) я ушла из этого, явно не моего мира. И в итоге нашла друзей и родственников Жени. И потом до меня дошло, что он попробовал мне показать, куда в принципе не нужно соваться, и куда я, к стыду своему, иногда прогуливалась. Такой  этот мир, не самый полезный и по-плохому опасный.

Однажды мы разбирали с ним ситуацию, где мне пришлось принимать очень сложные эмоциональные всплески одной моей подруги. Она запуталась, и подробно мне рассказывала, в чем и как она плутает. Однако вынести эти тяжелые волны мне было очень трудно, потому что она несла мне огромные пласты, что называется, кармы, и любой мой совет воспринимался как критика или как отторжение. Короче говоря, в этом болезненном разбирательстве я едва не потеряла голову. На что он мне в итоге сказал: «Не надо брать все это. Попробуй идти в свои миры, где есть хорошие, любимые тобой ароматы, и оттуда пробуй смотреть».  И как же этот совет был вовремя! Спасенье головы, не больше и не меньше. Уверена, что твоя мудрость, Женя, еще даст много поводов для расшифровки и станет как живая вода в нашем непростом подлунном мире. Очень не хватает твоей мудрости и юмора, честно...

Скажу на берегу - я не целитель, а музыкант и журналист, поэтому видела его через свои линзы восприятия. Но то, что он привнес в мою жизнь, сравнить не с чем - это бесценный дар. Пишу и слышу его голос, его смех, вижу его взгляд, в котором отражалась жизнь его души.

Однажды он сказал мне одну вещь, которая многое изменила. Это были идеи фильтров. Фильтрами он называл  (я, конечно, могла понять  это далеко не идеально) способность убирать все, что мешает, чистить свое пространство, в том числе и ценностное. И мы как раз говорили о чистке фильтров, для того, чтобы не отяжелять свою жизнь лишними вещами любого плана, наводить порядок во всех телах. И в тот момент мне вдруг удалось увидеть эти фильтры как две большие воронки над головой, конусы которых опускаются и идут насквозь через тело. И эти фильтры как никогда актуальны, по крайней мере сейчас без них никак.

Задача чистки этих фильтров была сродни путешествию в химчистку. Сейчас объясню почему. На улице Радищева когда-то была химчистка под хорошим названием «Новость». Еще в раннем детстве, когда мы жили в центре, я часто гуляла по улицам Шейнкмана и Малышева, как раз в тех местах. И огромные аппараты, что стояли в этой самой «Новости» произвели на меня сильнейшее впечатление. И вот когда Женя начал говорить про фильтры, эти аппараты, машины появились перед моими глазами.

И вопрос чистки мы обсуждали очень подробно. Он говорил, что это очень важная процедура, и ее надо делать регулярно, иначе ничего нового в тебя не войдет. А вот способы фильтрации он предложил мне придумать самой. Конечно, я собрала в кучу все возможные варианты, это походы в лес, чтение глубоких и мудрых книг, слушание хорошей, с высоким эмоциональным настроем, музыки – то есть все, что знала. Но у него были свои варианты ответов, и когда он их обозначил, я была крайне удивлена. Помню, что сказал он, что очень важно периодически перебирать ценности, те основополагающие вещи, которые нас формируют. И как раз эти действия помогают чистить и фильтры в том числе. Еще была ценнейшая мысль, про образную чистку фильтров, но тут я как раз впала в состояние той самой химчистки «Новость», что увлекала меня все детство, и увидела ту самую картину – как огромные аппараты освежают что-то похожее на листы из ткани или металла.

Женя был человеком очень добрым и  веселым, в некоторые моменты он оставался немногим из тех, кто мог запросто рассмешить, когда на меня нападал «уголок серьеза», а такое бывало. Однажды он сказал, что копаться в прошлом, увязая там снова и снова – удел мазохистов, и предложил вариант оставить сложности, что были позади, потому что никто не знает, что произойдет дальше.  Тут мы оба улыбнулись, и я почувствовала глубину этого высказывания, оно было удивительно в точку.

А какие анекдоты и истории про свои поездки и встречи с экстрасенсами он периодически вспоминал! Например, одна история про съезд  экстрасенсов, когда суть рассказа была в том, что их становилось, начиная с 60-х годов все больше и больше. И из избранных они перешли в формат, образно говоря, многочисленных. Описание съезда было настолько красочным, что можно было все тут же представить совершенно ясно. И тогда для меня было открытием, что он знал и изучал Тимоти Лири – этот гениальный деятель был моим кумиром, и как же я была рада совпадению!  Тогда, кстати, и сам Лири открылся  мне с другой стороны.

Способность изучать свои реакции, уметь смотреть на себя со стороны, не впадать в лишние эмоции, быть внимательным, находится «над моментом», следить за здоровьем – вот эти вещи он умело передавал в процессе общения, видимо это и называется педагогический дар. Как-то незаметно он умел повлиять, проницательно понимая, что ты из себя представляешь. И ту же соционику, в которую мы периодически закапывались, он тоже раскрыл с очень ценной стороны. Теперь, когда я вижу, что с некоторыми людьми я могу что-то совместно делать, а с другими как раз исключительно только говорить, что-то обсуждать и спорить, то я уже знаю – такой тип, и с этим надо считаться.

Мы много говорили о политике,  он открыл мне Сатановского, Фурцева, Делягина, которые мне и теперь очень интересны. Женя в принципе умел донести информацию даже о  такой непростой и спорной вещи, как политика (далеко не все умеют о ней говорить и не все, как он, ее понимают), в очень интересной форме, увлечь, показать стройную  (или не очень) конструкцию определенной системы. Это было что-то особенное, нетривиальное, потому что приправлял он анализ текущей ситуации забавной притчей или, что еще лучше – анекдотом. И я рада, что в голове у меня – исключительно благодаря нашему с ним общению – есть некий порядок относительно всего, что происходит вокруг, эта система помогает видеть с альтернативной точки зрения.

С характерным мрачноватым смешком в последнее время говорил он о своих проблемах со здоровьем. В голосе его была симпатия к людям, которые ему помогали  и одновременно ирония, облегчающая тяжелую ситуацию. И в этом он весь. Потому что когда я, не чаще раза в год,  приходила к нему с проблемой, казавшейся невероятно трудной, гнетущей, он умел вывести ее на совершенно другую сторону, как говорится, показать дело с обратной стороны. Как ему это удавалось, не знаю. Но всегда его улыбка, его совершенно здоровая строгость  и доброе внимание, делали мир лучше. Где-то в ноябре прошлого года он задал мне вопрос: «Кто такой маг?».  В итоге длинного увлекательного экскурса в китайскую мифологию он преподнес ответ, и это было  невероятно изящно, поверьте! Он сказал с улыбкой: «Маг – это тот, кто изменяет реальность».

Однажды я написала серию эссе, они были посвящены мирам – тем, которые для меня заключены в цветах радуги, и расшифровала там свой способ находить новое, прорываться в другие измерения, а если надо - исцелять душу с помощью путешествий в цвет. Показала книгу с эссе своей хорошей знакомой, культурнейшей женщине, но которая была тогда глубоко погружена в православную религию. Она сказала, что вообще-то все эти «мечтания» и исследования стоило бы прекратить. Я отнеслась к этому с юмором, но не могла понять, почему этот культурнейший человек хотел бы запретить полет фантазии, это все равно, что композитору сообщить, что он должен сочинять и играть только в до-мажоре. И шаг влево – шаг вправо запрещен.  Потом мы с Женей обсудили момент такого подхода. И он сказал мне, что прогрессивные методы исследования мира далеко не для всех. В силу консервативности, за счет возраста или приверженности к определенному методу (или религии), некоторые люди просто боятся выйти за пределы известного, надежно обеспеченного защитой эгрегора, мира. Женя изложил свою точку зрения с позиции человека, открывающего новые способы постижения мира, и я слушала его настолько же внимательно, насколько восхищенно.

Да, Женя. Ты это делал многократно – измерял реальность по своим меркам, творил свои миры, в которых было так много панорамы, много волшебства и ты изменял реальность, все это -  чистая правда. После бесед с тобой появлялись совершенно новые грани реальности.  И твоя душа, твой голос, твои мысли расцвечивали мир в потрясающе яркие краски.  Многогранность твоего взгляда расширяет границы, открывает двери восприятия. Над тем, что ты сообщал, стоит размышлять и пробовать пользоваться твоими бесподобными инструментами. Ведь не зря, совсем не напрасно ты их так изящно преподнес.

Так много из твоей мудрости еще предстоит расшифровать. И кажется мне, что если то, что ты успел дать всем нам, пробовать воплощать  в этом мире, то твоя душа, твой смех, твоя мудрость будут здесь, будут с нами, раздвигая границы обычного, за которым всегда скрыта тайна. И многие тайны мира и людей он приоткрывал вот так: просто - о невероятно сложных вещах…

P/S  Эссе  о Рашиде Кадырове войдут в мою новую книгу «Другое поколение», выход которой планируется в типографии «Шмель» в декабре 2018 года.

31  марта – 1 июля  2018