Льняной март. Тетя Лида. Женские портреты с любовью.

Ирина Герулайте

Льняной март.  Тетя Лида

Эта весна пришла неожиданно. Потому что никакой календарь у нас на Урале не дает нам прав заявить, что вот она, весна – красна. И все же, когда я услышала длинные трели свиристелей, они так прошлись мне по сердцу, что все внутри озарилось надеждой. Как же эти птички с хохолками умеют развеселить душу!

В небольшом сквере яблоня и береза принимали солнечные ванны, пока чуть сдержанно, но уже радостно обнимая  предвечернее небо.  Два ствола, черный и белый, одинаково глубоко воспринимали новую весну, хотя  они-то как раз знают, в какое время лучше всего начинать зеленеть. В  отличие от нас, людей, которые имеют привычку спешить. Никуда не торопятся деревья, никто им не указ – разве что солнце.

И легкие трели свиристелей очертили воздух сказочными линиями, в этом звуке было что-то от трепетания крыльев волшебных существ – маленьких духов новой весны, с флейточками наперевес, с неяркими крылышками и кудрявой головой, с сережками берез на абсолютно чистых ушках. Такие существа носятся в воздухе, очаровывая нас своей чистотой и радостью.

Сатиновое небо марта -  великая победа над холодом, я бы назвала ее доброй переменой без тяжести потерь. Не видно на лицах сухих травинок, на изящных ветвях, следов печали. Они очень просто и искренне встречают новое время, предупреждая нас о том, что март пока коварен и стоит слушать его морозные ветерки, чтобы разобраться – что там утром за окном.

Но самое прекрасное и удивительное – это голоса маленьких льдинок на покосившихся сугробах.  Льдинки-хрусталики  напевают, их песня похожа на то, как горный хрусталь беседует с невероятно большой породой, со своим источником.  В песне проскальзывает оттенок умиротворения, она как музыка барокко, насыщенна очень емкой сдержанной эмоции, которая не выплескивается наружу полностью, но сохраняет свой чистый тон, потому что углублена в себя, при этом прекрасно все чувствует – все, что происходит вокруг.

 Хрусталики доброжелательно поют, а крупная порода тихо гудит и поддерживает, как будто сообщает им что-то важное. «Некуда спешить, - говорит глыба, - пока мы не ушли, надо светиться на солнце, чтобы люди видели раннюю весеннюю красоту, а не только грязные лужи и свои проблемы». Снежная порода права, и все хрупко звенящие хрусталики напевают, задавая свой искренний тон всему марту.

На больших развесистых елках началась весенняя суета ворон. Они постоянно кружат, а шишки на елях покачиваются от движенья. И какое же удовольствие наблюдать эту картину! Большие вороньи крылья немного напоминают орлиные. Скорей всего, потому что я давно мечтаю посмотреть на орла.

Но для меня март льняной,  а сатиновое в нем - небо. Лен марта естественный, в нем нет чрезмерной яркости и насыщенности, он скромен.

И в этой скромности глубокая и светлая душа марта раскрывается полней. Я дружила с одной чудесной женщиной, она жила в соседнем подъезде. Такой доброты и светлости я мало видела в жизни. Тетя Лида, так мы ее называли, была настоящим воплощением скромности и милосердия. Она обладала душевным талантом вселять веру в себя, мне довелось убедиться в этом на собственном примере. Однажды она зашла к нам в гости, и я  спела ей свою новую песню. Она была посвящена любви, какой-то удивительной любви, которая не имеет отношения ни к книгам, ни к кино. И она, сидя в комнате, слушая эту песню, сказала мне потом такие слова, которые до сих пор звенят у меня в душе и поддерживают на плаву. Наша тетя Лида была очень доброй. А внешне она была похожа на март – скромная, волосы цвета льна, и яркие голубые глаза, в которых горела любовь к людям и надежда на то, что мир скоро станет лучше. Поразительный факт – когда я думаю о ней, вспоминаю, она, уже ушедшая на небеса, подает мне светлые знаки – и наяву, и во сне. Словно веточка омелы, как долгая добрая память снова расцветает в моей душе.

Тетя Лида обладала тихим голосом, спокойным, теплым и голос ее я помню отчетливо. В его интонации никогда не было насмешки - она не смеялась над людскими пороками, зато всегда понимала очень тонкие вещи, касаемые душевных невзгод, бурь, страданий. В период работы в госпитале для ветеранов, ей довелось видеть так много, что свет сострадания озарил ее лицо и это проявлялось во всем. На рубеже своего двадцатилетия я была напрочь сражена несовершенством мира, и только тетя Лида, одна из моего окружения шепнула мне на ухо: «Все будет хорошо, твоя душа сильна, ты просто еще не знаешь об этом».

А еще, у нее был сын Андрей, хороший скрипач, с которым мы вместе играли, в ансамбле  с одним тенором и «Цыганские напевы» Сарасате. Незабываемые репетиции в одной старинной квартире ожили нас с Андрюхой! Но это уже другая история.

И очень хорошо помню собаку их семьи. Когда мы гуляли с этим чудесным долговязым  колли по имени Целлер, пес выдавал основную эмоцию хозяев, потому что был он большой души зверь, очень приветливый!

Мартовские дни напомнили мне тетю Лиду. Это человек, о котором еще я давно хотела рассказать. Вся наша семья любит и помнит ее. И неяркий, словно лен, полный надежд, первый месяц весны, напомнил мне, как выглядят доброта и подлинность.  Я люблю это время. И звезды  по ночам говорят со мной, протягивая свои тонкие лучи – глубокой доброй памяти и чувства, что все дорогие люди всегда с нами, их свет распространяется и  только ждет, когда мы примем его.

14 марта, 2017