"Композитору надо быть бесстрашным" Американские композиторы-авангардисты Пол Ботелло и Джон Эпплтон. Екб, ноябрь, 2013.

Ирина Герулайтис

Мэтры электроакустики: «Композитору надо быть бесстрашным»

В конце октября - начале ноября  2013 года Екатеринбург в очередной раз стал центром необычной и интересной музыки: в Уральской государственно консерватории проходил

Международный фестиваль-конкурс электроакустической музыки и мультимедиа «Sync 2013. Философия шума». Каждый день здесь происходили события, в которых звук был героем дня: мастер-классы, концерты, презентации новых  необычных проектов. Американские композиторы, профессор Пол Ботелло (США, Букнелл Университет) и профессор Джон Эплтон (США, Дартмутский коледж) посетили столицу Урала.

Их даром культуре города стала не только их музыка, но и мысли, обаяние, мастерство, умение общаться и доносить свои идеи. Мастер-класс по сочинению музыки и импровизации оказался любопытным и интригующим, наполненным юмором. Какие препятствия ждут на пути композитора-авангардиста, вернее, как их заметить,  что является двигателем творчества, мы узнали наконец-то от американских музыкантов-авангардистов.

Профессор Ботелло выглядит как типичный рок-стар периода, как мне показалось, популярности Blure.  И он сразу предложил нам смелый эксперимент: закрыть глаза и издавать звуки. Любые, какие придут в голову. В аудитории все начали диковато посмеиваться, видимо, предложение Пола было неожиданным. Прошло несколько томительных секунд… в аудитории царила смутная тишина, прерываемая там и тут сопением, смехом. Спустя некоторое время раздались звуки: скромное пение кукушки, низкочастотное мычание и тихое блеяние. Но, скажем так, недолго все это длилось.

Пол попытался узнать, почему народ так скромен. Один из студентов сообщил, что все это было похоже скорее, на камлание. Пожалуй, да. Имитация звуков природы – вот чем занимались наши связки. «Скромность такого рода это, как правило, проявление боязни выразить себя»,  – улыбаясь, сказал профессор. И в аудитории все стали снова серьезными. Далее речь пошла о страхе: о страхе быть собой,  о страхе идти дальше, чем видят твои глаза. Этот страх враждебен творчеству. И о том, что надо заставлять себя освобождаться от него. Как? «Перестать стесняться и наперекор всему – обстановке, времени, окружению – выражать то, что у тебя внутри.  Найти в себе бесстрашие. Даже раздеться на людях более легкий акт, чем показать свой внутренний мир, раскрыться. Творческий человек наполнен идеями, но нужно постоянно проявлять их вовне. Учиться проявлять. Каждый день, это и есть самая главная работа. Нужно учиться использовать и свой голос необычным способом, возможности своего голоса и тембра» - сказал Пол Ботелло.

«Никто  сейчас не думал о кошке?» - спросил вдруг Пол и все озадачились… (Если говорить об авторе статьи, то лично я постоянно думаю о кошке, есть у меня такая любимая ментальная фишка. Пол не застал меня врасплох,  и я бодро отозвалась, что, мол, да, кошка все время где-то здесь!) Потом стало понятно, что речь шла о любопытстве. В России Варвара теряла нос, а в штатах кошке доставалось из-за любопытства. Профессор сказал, что именно оно, любопытство должно двигать теми, кто пишет музыку. И жажда эксперимента. И когда ты полностью захвачен своим исследованием, страх пропадает: «Это может захватить, накрыть вас, как волна, вы все должны быть серфингистами, не бояться в принципе ничего».

В России есть еще собственный, корневой страх. Даже в поколениях он не изжит до сих пор - страх перед властью. Профессор Джон Эпплтон, седовласый и одновременно искрящийся юмором, говорил как раз об этом - о преодолении веры в авторитет: «В России очень сильны традиции патриархата, и долгое время было доверие к власти. Портреты вождей, сила авторитета, писали музыку с опаской. Мне кажется, что все это есть до сих пор, в той или иной степени» - сказал он. В этот момент публика в аудитории стала как-то недовольно шуршать, заерзала. В жизни профессора был период знакомства с авторитарной культурой, и он говорит, что Америка более свободная страна,  и за это он любит свою родину: каждый там отвечает сам за себя, и государство практически не вмешивается в жизнь людей, как в России. «Если ты безработный у нас, то до тебя никому нет дела. У вас же за это одно время сажали в тюрьму»

Джон Эпплтон сделал акцент на том, что для композитора, любого, а особенно новатора, создателя нового жанра не должно быть авторитетов. История про Джона Кейджа и Шенберга, о том, как Кейдж дерзко заявил, что он не хочет писать как Шенберг, и Шенберг послал ему вслед проклятий  - показатель творческой самостоятельности. Может быть, Кейджа слегка расстроили проклятия мэтра – ведь он сказал ему что-то вроде «ну  что ж, давай! Да ты будешь биться головой об стену!», но у него были свои задачи, он занимался разработкой новых музыкальных миров. Быть собой, искать дальше, копать глубже.  «Помните, что вы пишите не для кого-то, а для самого себя, для самого большого фаната. Если вы не верите в себя, то кто же вам поверит?! Вдохновение часто лежит там, где его не ждут. Вы можете, например, записывать языком музыки свои сны. И не нужно перегибать палку с технологиями, «тыкать пальцем»- это глупо, это каждый может делать. Нужно быть оригинальным, и даже тривиальный c-dur можно украсить нужными интонациями, и он оживет!»

Вот несколько наиболее интересных вопросов и ответов, которыми обменялись студенты с профессурой.

Блиц-опрос

 - Можно ли написать музыку в до-мажоре и не быть при  этом банальным?

Джон Эпплтон:

«Вполне. Нужно быть оригинальным, и даже тривиальный c-dur можно украсить нужными интонациями, и он оживет!»

- Как музыка может влиять на сознание, на психику, что это за инструмент влияния?

Пол Ботелло:

«Влияет, несомненно. Примеров много: американские военные используют специальные низкочастотные записи, чтобы запугать демонстрантов. Правда, в основном, влияние музыки индивидуально. Никто не застрахован от того, что от вашей музыки с людьми начнут происходить какие-то эмоциональные вспышки. Предугадать это невозможно»

- Можно ли отличить настоящее искусство от подделки?

Пол Ботелло:

«Наверное,  любительство от профессионализма можно отличить по тому, как профессионал оттачивает свою идею, сколько времени и сил, душевных и физических, он в нее вложил»

- Обязательно ли нужно пережить большое эмоциональное потрясение, чтобы написать музыку?

«Это взгляд романтиков, XIX век. Шуману не давали жениться на Кларе. Шопен страдал вдали от родины – суть не в этом. Жизнь разнообразна, и мы совершенно не обязаны исключительно страдать, чтобы что-то сделать. Это означает слушком узкий взгляд. Расширьте его! Гораздо сложнее найти и показать прекрасные стороны действительности, от которых многие почему-то отворачиваются. Но вы можете изменить этот устаревший стереотип»

- Как вы сочиняете музыку, это один момент или длительный процесс?

Джон Эпплтон:

«В музыке нужно все время пробовать, много попыток дают результат (берет аккорд на фортепиано - он ему не нравится. Затем берет второй, третий…. ) Пробовать, все время пытаться что-то найти, что-то новое.