Тайна философского камня. О творчестве мастера Виктора Петровича Мирошникова.
Ирина Герулайте
Философский камень Виктора Мирошникова
Валуны
– тайна, величие, покой
Увлечение миром камня, стремление познать его
природу вполне может изменить человека. Например, раскрыть его качества,
дремлющие в глубинах души, причем как положительные, так и совершенно другие.
Камень провоцирует, он глубок, и он же может сделать человека устойчивым в
изменчивой реальности, придать ему основательность
и неторопливость. Художник Виктор Петрович Мирошников видит в камне множество образов. Держит ли он в руках простой валун или солнечный камень с лунным
отливом с Южного Урала, его взгляд мгновенно выявляет характер камня. Он может
быть совершенно разным: улыбаться, подмигивать, строго смотреть на нас,
становиться птицей или хищным зверем.
Камень
«в характере» для художника самая
настоящая живая материя, и он постоянно ищет с ней общий язык. Есть
утверждение, не лишенное оснований, что таинственная сила жизни непостижима. И
все же, человеку с самых древних времен всегда хотелось подойти к этой тайне ближе.
Виктор Петрович пишет реки, леса, древние скалы Урала, просторы Севера. Картины
его живые, и глядя на них, сразу чувствуется воздух тех мест, ощущается лесной
запах, шелест озерных волн.
Виктор
Петрович обошел с рюкзаком множество месторождений. А знания и геологическую
практику он получил в популярном в советское время «Клубе любителей камня» при
Горном институте. Есть в его биографии
далекие точки нашей страны. Например, Северный Урал - настоящий край географии.
Одним из таких мест на его поисковой карте стал Тиманский кряж, в прибрежном
районе Баренцева моря, куда он ездил за тиманскими агатами. Северные края
всегда волновали художника и остаются самыми любимыми. В свое время он писал
Белое море и окрестности Архангельска, когда гостил у брата. Иногда кажется,
что тиманский агат своими рисунками, цветом и формой иллюстрирует места, где он
возник: холодную мудрость Баренцева моря и задумчивый, серо-белый, летний колорит северного неба.
В 60-е и 70-е годы прошлого века тиманский
агат, из всего разнообразия халцедоновой породы, считался, пожалуй, самым
ювелирным. Мэтры уральской ювелирной школы увлеченно работали с ним. Поездка Виктора Петровича на Тиман состоялась на
той самой волне популярности этих камней, и в целом в период всенародной увлеченностью
миром камня.
Тиманский
кряж наполнен чудесами природы, формы рельефа в этих местах удивительно
разнообразны, а северная флора сдержанна и величественна. Там же встречаются редкой
и таинственной красоты базальтовые отдельности. Мрачные и суровые утесы на
Тимане сложены из черно-зеленых столбчатых базальтов и туфов. Шестигранные высокие
базальтовые столбы образовались при неравномерном остывании потоков лавы. В них
можно найти и агаты, но, по словам художника, даже с помощью молотка или кайла,
вырвать агат из «цепких лап у лавы» крайне трудно.
С тяжелым рюкзаком агатов искатели
возвратились домой. Это путешествие произвело сильное впечатление, до сих пор
художнику иногда снятся эти края – снится холодное море, скалы и светлые
песчаные пляжи, пейзажи с инопланетными базальтовыми отдельностями. Одухотворенность
природы Севера возрождает в человеке новые творческие силы.
Еще
один поход за агатами запомнился художнику из-за погодных сюрпризов. Поехали
товарищи в поселок Чернушка, недалеко от Каменск-Уральского. Первомайский снег
был «в помощь» любителям камня. Но ведь уральцев погодой не удивишь и она им не
преграда. На берегу реки Синара, в местах вторичных проявлений минералов,
любители камня находили агаты, прямо между деревьями. Главное нужно было знать,
где копать, а они как раз знали. Сейчас каменных богатств там меньше. А в советские
времена проявление было богатое. На Чернушке совсем другие агаты, чем на Тимане,
там больше светлых, прозрачно-бежевых. Эти необычайно красивые, нежной окраски
камни, он использовал для ювелирных работ или просто дарил друзьям.
Однажды
Виктор Петрович полтора года, два лета и зиму работал лесником на Таганайском
кордоне. Жизнь лесника открыла для него новые стороны реальности, а лес стал
вторым домом. На таганайской реке Киалим он обнаружил и полюбил новый для себя
камень – авантюрин, разновидность таганайских кварцитов. Авантюрин еще называют
златоискром за блеск, который особенно хорошо виден в солнечную погоду. Симпатия художника к этому камню в одном из
его украшений, представленных на выставке в музее истории ювелирного и
камнерезного искусства – перстень «Авантюра». Слово «авантюра» в переводе с
французского языка, это путешествие, приключение, рискованное дело. Главный
герой перстня – крупный авантюрин. Поразительно, как символически проявились в
нем характерные черты профессии геолога: здоровая доля авантюризма, поиск
неизведанного, жажда приключений и крылья удачи, которая в этом деле имеет
глубокий смысл.
С миром природы у художника, как у многих
людей, связанных с ней жизнью и работой, совершенно особые отношения. И вот как
они выразились в одной из его недавних работ, «Цветок жизни и судьбы». С ноября
2023 года ее можно было увидеть в музее истории ювелирного и камнерезного
искусства. В ней отразились образы так называемой «сакральной геометрии». Цветок,
по своей совершенной форме, всегда несет информацию о гармоничном строении
мира. «Цветок жизни и судьбы» по словам
мастера, может стать напоминанием о Космосе и текучести времени, о месте
человека во Вселенной. Есть у художника еще одна творческая линия - передача в
живописи гармонии природы. Например, серия живописных работ, посвященная
закатам: «1000 этюдов при заходящем солнце». И это тоже творческий почерк,
основательный подход в реализации идеи.
Творческий почерк
У
Виктора Мирошникова есть еще одна линия в творчестве - медная. Он один из немногих
мастеров в регионе увлеченно работает с этим металлом. Медь стала для мастера
излюбленным материалом, и она бывает разная. Иногда медь горит, как пламя,
иногда нежно сияет, как утреннее солнце, бывает, что ее цвет коварно
маскируется под другой металл. По словам художника, основной причиной его
обращения к меди для работы стала ее гибкость, для декоративно-прикладного
искусства она отлично подходит. «Крестным отцом» его медной линии стал завод
«Уралкабель». Из медной катанки,
проволоки, он начал делать первые предметы, украшающие интерьер. А вообще,
как говорит сам художник, «он ворвался в
искусство из сантехники». Путь нетипичный, и есть в нем своя жизненная правда.
В свое время, в период начала «романа с медью», он работал в ЖКО Верх-Исетского
района сантехником. Узнав про талант молодого специалиста, директор завода
ВИЗ выделил мастерскую на улице Нагорной, где можно было
спокойно творить. И это была особенная эпоха в жизни, он вел там камнерезный
кружок для местных школьников.
Кстати,
о мастерстве. Виктор Петрович освоил специальности комбайнер, тракторист и шофер,
он учился в УМСХ номер 47 поселка Елизавет (Казахстан). Возможно, эти профессии
придали особые свойства художественному почерку мастера, в том числе
своеобразие идей и искрящийся юмор и наполненность творчества образами движения.
Например, работа «Курьер с походной черепахи» -
повод от души улыбнуться и задуматься. Движения в
творчестве художника много, вот еще один пример: работа «Спокойный полет к
солнцу». Существо, внешне напоминающее одновременно и птицу, и песчаного
варана, с кольцом на спине, двигается - все линии медной фигуры выражают полет,
и этому сразу видишь. В коллекции музея истории ювелирного и камнерезного
искусства хранятся шестнадцать работ художника. В одной из последних работ Луна
очаровывает и вдохновляет - «Новолуние» (топазы, медь, латунь), музей приобрел
в 2023 году.
Освоив много различных техник, художник состоялся как мастер декоративно-прикладного искусства в ковке цветного металла. Он работает с медью и латунью, со стеклом, с драгоценными и поделочными камнями, оттачивая каждый предмет с ювелирной тщательностью. Но главное, что бросается в глаза после знакомства с его искусством - это глубокая философия, юмор, иногда сатира, житейская мудрость и добрая улыбка романтика. Предметы в его исполнении призывают нас посмотреть на мир под другим углом, иначе, чем мы это привычно делаем. Можно сказать, сбивается программа и вполне может возникнуть новый взгляд на мир. К тому же, его подход в искусстве напоминает музыкальный жанр, так называемую программную музыку. Программная классическая музыка возникла в период развития направления «романтизм», когда композиторы впервые стали давать названия своим сочинениям. В случае работ Виктора Мирошникова, название – это добрая половина впечатления. Для примера: «Первичный источник света», «На работу на тракторе – с партбилетом», «Ветер с моря». Название задает тон и направление для осмысления. Здесь вступает в силу поэтическое наполнение. И, конечно, слово, название, метафора делают его произведения еще более многогранными и многоплановыми.
Комментарии
Отправить комментарий