Женские портреты с любовью.Тамара Ильинична Миненкова / из книги "ДРУГОЕ ПОКОЛЕНИЕ"/

           

Ирина Герулайте

Тамара Ильинична Миненкова, журналист

Мой двор

Этот двор – он ведет  со мной разговор.

Очень тихо в нем,

Но сирень поведет крылом –

И очнется в нем каждый камень,

И заговорит.

И светлеет душа,

Ничего нигде не болит.

 

 Даже просто – свечение через листву

На просвет

Предзакатного солнца

Как мир, берегу.

Да, он мир, что пришел

Когда наступил переход

К долгожданной свободе,

Что ждали весь год.

 

Этот двор, где гранитная чаша

Навеки полна

Песен, мифов, огня,

Что душа сберегла,

Чтобы в нужное время

Припасть к этой чаше без слов,

Но слова как рисунок

Наскальный и света улов!

 

Этот двор – он всегда ведет разговор,

Я иду по нему

В летний полдень

И вечер в снегу…

Я люблю приходить,

Чтоб из чаши воды испить,

Словно дарственный жар получить,

Чтобы дальше играть, и жить.

И.Герулайте, 4 июля, 2019

 

В самом центре города есть две улицы, они пересекаются. И стоят там кирпичные дома, проходя мимо них я всегда чувствую тепло.  Но иногда меня охватывает огромная, глубокая, как океан, печаль. С теми, кто там жил, я мечтаю встретиться на небесах. И все так и будет.

Этим летом невзначай я пришла на маленькую улицу Попова, и долго пила кофе в забегаловке, названной нелепым английским словом. Там еще подавали цветные пончики. И тогда я подумала, что напишу про эту удивительную женщину - пожилую леди, с которой мы очень дружили.  Потрясающей доброты и большой души люди встречаются на пути. И каждый живет в сердце, несмотря на то, что многих в этом мире уже нет. Это люди другого мира, из советской эпохи,  который я взяла с собой, чтоб не пропасть в этом.

Жизнь этой изумительной женщины, которую я знала много-много лет, была известна мне по детским и подростковым впечатлениям от общения. Знала ее с раннего детства. Много волшебных превращений, загадок и сказок глубоко связано с ее квартирой, вся она была для меня родной. Наши семьи жили в одном доме, только в разных подъездах.

Когда я выросла, мы продолжали  общаться. С ней было  бесконечно интересно и всегда очень тепло. В каких-то житейских вопросах я помогала ей. И помогала не только потому, что она старше и воспитывала меня. Уже тогда я чувствовала уникальность людей старшего поколения. Они словно из другого теста, и мир их богат и обладает свойством нетленности…

Да, они отличаются от нас, причем настолько сильно, будто мы с разных планет. И я пробую собрать их драгоценные свойства, чтобы они переливались в нас, в тех, кто мог чего-то не добрать, по разным причинам.  Их определенные качества я рассматриваю как своего рода «орден», знак отличия крепости личности.

Тамара Ильинична, коммунистка, профессиональный журналист, работала в "Комсмомолке", она из поколения тех людей, про которых говорят «гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не  было в мире гвоздей». В общем, старой советской закалки и очень светлой душой.

Совершенно удивительная была у нее квартира!  Наш дом - самый центр города, центральнее  разве что площадь 1905 года. Двор закрытый, наподобие военного городка. Его  ограждали тяжелые железные ворота. Она жила в одном доме с нашей семьей, а подъезд у нее был, честное слово -  волшебный, любимый мной почему-то очень сильно. И именно когда я поднималась к ней на шестой этаж ко мне приходили самые интересные мысли. Дело в том, что в подъездах старых кирпичных советских домов, были окна, на которых стояли решетки. И часть решеток уходила вверх, то есть окно было наполовину на первом этаже, а половина – уже на втором. Для меня в этих окнах хранилась какая-то загадка - немного страшная, но очень, очень интересная! Лестницы  там крутые, и от них всегда пахло свежим асфальтом.

И вот поднимаюсь я к ней на высокий шестой этаж, созерцая эти странные окна, а наверху меня ждет дверь. Она была из тех старинных дверей, на которых по центру был маленький звоночек. И звенел он весьма резво и весело. Она мне открывала, всегда с характерным приятным для меня голосом. Но мне кажется, не всем он показался бы приятным. Кто-то мог принять его за голос старой колдуньи. Но я люблю такие голоса,  характерные для пожилых женщин: низкого тембра, пронизанные всеми красками жизни. А ее, большой жизни,  за плечами было много! В голосе звучали ноты интереса к процессам жизни, ко всему вокруг! Что сказать, журналистка!

Ходила Тамара Ильинична тогда уже скрюченная, но это нисколько меня не смущало, ведь я ее очень любила.

Скажу я вам, что конечно, люди, которые никогда не были связаны с большими деньгами, с какими-то аферами, в общем, не привязанные к вектору материальности, обладают гораздо большей легкостью. Они до самых преклонных лет связаны с душой, а не с деньгами. А Тамара Ильинична всегда была связана еще и со Словом. Она отлично писала очерки и статьи,  много лет работала в  самых передовых городских газетах. И конечно, с моей неистовой любовью к книгам и стихам нам всегда было о чем поговорить! Хотя я тогда училась на фортепианном отделении и ни о какой журналистике не думала.

Что особенно интересно, в те самые 90-е годы, когда я ей покупала газеты, по ее просьбе (тот самый киоск «Союзпечать» до сих пор жив и здоров, стоит на том же месте), она пробовала разобраться во всей этой кутерьме. И помню я прекрасно, что тогда она сказала «Все еще точно сто раз поменяется, трудно понять, что происходит!». Хотя она, конечно, вникала и многое понимала. Ведь  хорошие журналисты обладают живым умом и умеют проникать в суть явлений, такая  у них работа.

И теперь, моя дорогая Тамара Ильинична, все снова начало меняться.  Да так сильно, что спасу нет! От тех самых 90-х едва вздохнули, ан нет – новая ересь выплыла, да еще какая!

Каких людей выпестовала наша страна, когда она была Советским союзом? Я знаю некоторых представителей того поколения, которым в 90-е годы было как раз около 80-ти лет. То есть их юность пришлась на годы гражданской войны.  Моя любовь и симпатия к этой женщине, которая помогала воспитывать меня, которая давала нашей семье консервы в конце 80-х из своего пенсионного пайка, не связана с тем, какие бури она пережила на своем веку. А их было наверняка немало. Но как же важно остаться при своем добром сердце, при любви в любые, даже самые лихие времена.  Каким поразительным жизнелюбием веяло от строчек, что прочитала мне Тамара Ильинична! И они всегда парят надо мной, словно могучие светлые птицы:

«Смеха не надо бояться,

Слишком мы долго молчали.

Смеха не надо бояться –

Смех благородней печали»

Очень люблю эти строки, они что-то переворачивают в душе, и от них становится хорошо.

У нас было много очень милых дел. И я расскажу, как мы их совершали. Эти простые дела: разбор вкусных консервов, чтение периодики, разговоры о природе, которая всегда нас обеих очень волновала. Все это всегда сопровождалось таким человеческим теплом и участием, о каком можно только мечтать. И когда происходит нечто подобное, в этих случаях я всегда вспоминаю Тамару Ильиничну, журналистку и коммунистку. Ведь согласитесь, не так важно в партии ты или нет. Гораздо важнее, что ты сам из себя представляешь. Система сильна, но душа человека больше ее по определению.

У Тамары Ильиничны была роскошная,  старинная мебель! Огромный комод (он был возле балкона), на котором располагались вязаные кружевные салфетки, изящная посуда, старинная кровать с круглыми шариками. Когда она подарила мне кружку, старинный, редкой красоты фарфор,  на котором цвели дивные алые цветы, радости моей не было границ! Моя симпатия к интересной посуде появилась оттуда, от этого, царских времен фарфора. В одном предмете хранилась огромная история страны, и я эту кружку всегда ставлю на самое почетное место.

Улица Попова, где жил мой добрый ангел-хранитель, Тамара Ильинична, была свердловская, мы общались с ней еще в том городе. И эта улица подарила, и я чувствую, еще подарит  много добра!

В милом тихом дворике, с ветвистыми, так безбрежно, кустами сирени и барбарисом, почти не слышно машин. Он осенен какой-то светлой атмосферой. Там я уже гораздо позже, купила билет на концерт  одной совершенно потрясающей рок-группы, ставшей для меня настоящим событием. Там мы гуляли с друзьями и читали друг другу стихи Ростана и Верлена. Потом, в этих же домах, жила одна моя подруга, дружба с которой мне очень дорога.  И все наши прогулки по этим местам я отчетливо помню.

Как только ты попал на территорию, которая для тебя очень значима, в твоей душе возникает неповторимый свет. И он не только от места, он – от тех драгоценных душ людей, с которыми выпало счастье пройти части пути вместе.

Старинная квартира на шестом этаже, с маленькой кнопкой звонка, я рассказываю о тебе и милой сердцу женщине, Тамаре Ильиничне, чтобы ты заговорила со мной, со всеми нами оттуда.  Чтобы твой голос прорезал мысли и мои каждодневные путешествия по городу, чтобы ты уберегала нас ото лжи. Твои правдивость и искренность  так хороши, так  они сияют в февральских пасмурных днях, что ты и сама делаешься честнее и зорче. И веселей смотришь на мир.

Какое славное поколение - те, кто родился в начале 20 века! Все, кого я знала оттуда, очень крепки и сильны духом. Мы можем разве что учиться у них твердости, ясности и доброте.

В какой-то момент я поймала себя на том, что душа Тамары Ильиничны очень сильна, наверное,  поэтому так хочется говорить о ней, помнить ее слова, в которых была глубокая мудрость. Однажды она сказал мне (а я увлеклась в то время рок-н-роллом, и это было сильное увлечение): «Чтобы ты не любила, чем бы ни увлекалась, всегда помни, что у тебя есть стержень. И он важнее всех увлечений. И еще – вкус. Чувство соразмерности».

Она понимала мое увлечение, хотя была очень далека от этой музыки.  Да, еще одно наблюдение.  Речь ее отличалась такой правильностью и четкостью, что хотелось просто в ней купаться. Хорошая русская речь – как самая красивая ткань на свете!  Когда я  слышу ее, крылья расправляются сами собой.

Совершенно незабываемые интонации, доброжелательность и интерес к тому, что происходит в твоей жизни, и, наверное, воспитание этими качествами - самое лучшее лекарство от тоски и пустоты. Если кого-то эти давящие чувства посещают, то стоит просто обратиться туда – где вы все помните и любите, где каждая ступенька дорога и изучаема.  И где окна хранят загадки, причем совершенно же ясно, что эти загадки до сих пор есть! Простые, но вместе с тем сказочные вещи высветляют жизнь. Большое счастье выпало мне  однажды,  общаться с этим прекрасным человеком, Тамарой Ильиничной.  И пусть эти строчки говорят о ней, поют о ее безграничной душе и доброте. А она возрадуется там, где теперь пребывает. Ведь это правда, огромное благо - добрая память.

23 февраля, 2019-17 февраля, 2023